«Кислород» Вырыпаева: Игра «в слова»
Пара молодых людей бегает по городам от Серпухова до Рима, пытаясь понять друг друга в чужом мире. Он — провинциальный паренек, недавно закопавший на огороде около дома свою собственную жену, она — а-ля Лолита с мужем-брюнетом в годах, сумкой-торбой и запасом травы. Умрут они так же, как и живут — странно и безобразно: он задохнется в приступе астмы, она наглотается таблеток. А в это время бритый юноша и девушка-брюнетка в офисных очках рассказывают в микрофон библейские притчи, интерпретированные Вырыпаевым под современные реалии. Режиссер любит это чувство неизбежной трагической развязки. Вспомнив «Эйфорию», становится понятно, что ничем легким и приятным этот «Кислород» не закончится. Попав в темную комнату, нужно пару минут судорожно моргать глазами, ощупывать руками предметы и чувствовать себя слепым котенком, чтобы после привыкнуть и спокойно ориентироваться в этих потемках.
За это зритель будет вознагражден порцией тонких шуток, музыкой в такт которой хочется кивать головой, сюрреалистичным визуальным рядом и ощущением, что многое из этого — как раз про тебя. «Кислород» поначалу в прямом смысле не дает вздохнуть: с одной стороны — плотный поток музыки без остановки, с другой — активноживущее изображение плюс самое важное — текст — густой, наполненный мыслями до краев. После «Эйфории» театрального режиссера и автора манифеста поколения «пепси» пьесы «Кислород» Ивана Вырыпаева упрекали в надуманности персонажей, в подмене настоящего искусственным, в отсутствии внятности. Все мнения критиков режиссер учел и… сделал наоборот, то есть создал вторую свою картину в той же манере. Опять чувства побеждают разум, опять немассовые сцены, опять межполовая психология строится не на отношении между «М» и «Ж», а на законах общества. Стремясь уйти от мелодраматической бытовухи, режиссер забрел в такие дебри, в какие дойдет лишь редкий партизан.
Режиссер разбил свою пьесу на 10 треков, снабдил модной музыкой и подставил совпадающий по смыслу видеоряд с применением всего, чего только можно: анимации, хроники, фотосъемки, компьютерной графики… И как после прослушивания альбома группы, выбираешь для себя любимые композиции, так и после «Кислорода» неосознанно запоминаешь в голове цифры понравившихся эпизодов. Саша в платье с красными маками — этакая бессоновская Ли-Лу из «Пятого элемента»: вся такая внезапная и неземная. То ли девушка, то ли видение одним словом.
Если разрезать «Кислород» на кусочки и пустить в плаванье, совсем неудивительным станет получение ими наград, призов и оваций критиков. Смотреть на эти части, как на целое сложно — иногда возникает ощущение, что сидишь на фестивале рекламы или короткометражного кино из Прибалтики — стиль един. Вырыпаев делает интересные вещи и в них интересно погружаться, выдумывать свои интерпретации, вести счет символам, но процесс этот может увлечь далеко не всех. Как все новое вызывает отторжение, так и «Кислород» может очень многих разочаровать.
Итоговый вердикт: Итоговый вердикт: «Кислород» можно назвать как угодно — концертом, видео-артом, ерундой собачьей или вехой в современном искусстве, но вряд ли какое-то из определений приблизит проект Вырыпаева к понятию «кино». |
